The Presidential Veto Power in the Russian Federation: Issues of Legal Regulation and the
Experience of Foreign Countries

Беликов Вячеслав Олегович
Студент 4 курса
Факультет Юридический факультет
Всероссийский государственный университет юстиции (РПА Минюста России)
Россия, Москва
e-mail: Belikov2405@gmail.com

Belikov Vyacheslav Olegovich
Student 4 term
Faculty of Faculty of Law
All-Russian State University of Justice (RLA of the Ministry of Justice of Russia)
Russia, Moscow
e-mail: Belikov2405@hajdarazimov777gmail-com

Аннотация.
В статье рассматривается право вето Президента Российской Федерации как ключевой механизм в
законодательном процессе, обеспечивающий баланс властей и защиту конституционного порядка.
Проанализированы проблемы правового регулирования института вето, включая отсутствие четкой нормативной базы, критериев применения и процедур, что создает правовую неопределенность и риски политических манипуляций. Приводятся примеры из российской практики, такие как случай с законом о реституции культурных ценностей, иллюстрирующие значимость процедурного контроля и роли Конституционного суда. Особое внимание уделено сравнению с зарубежным опытом: практикам в США, Франции и Сербии, где институт вето более детально регламентирован и способствует повышению прозрачности и предсказуемости. В статье предлагается разработать специальный закон, регулирующий применение президентского вето в России, включая обязательную письменную мотивировку, четкие основания отклонения законов и механизмы взаимодействия Президента с Федеральным Собранием. Подобная реформа позволит минимизировать правовые коллизии, повысить эффективность законодательного процесса и укрепить конституционные принципы.

Annotation.
The article examines the presidential veto power in the Russian Federation as a key mechanism in the legislative
process, ensuring the balance of powers and the protection of constitutional order. The paper analyzes issues related to the legal regulation of the veto institution, including the lack of a clear legal framework, criteria for its application, and procedural guidelines, which lead to legal uncertainty and risks of political manipulation. Examples from Russian practice, such as the case of the law on the restitution of cultural property, are provided to illustrate the importance of procedural control and the role of the Constitutional Court. Particular attention is paid to comparing foreign practices, including those in the United States, France, and Serbia, where the veto institution is more thoroughly regulated and contributes to increased transparency and predictability. The article proposes the development of a specific law regulating the use of the presidential veto in Russia, including mandatory written justification, clear grounds for rejecting laws, and mechanisms for interaction between the President and the Federal Assembly. Such a reform would help minimize legal conflicts, improve the efficiency of the legislative process, and strengthen constitutional principles.

Ключевые слова: право вето, Президент Российской Федерации, законодательный процесс, система
сдержек и противовесов, конституционный порядок, Конституционный суд, международный опыт, реформа законодательства.

Key words: veto power, President of the Russian Federation, legislative process, system of checks and balances,
constitutional order, Constitutional Court, international experience, legislative reform.

Право вето Президента Российской Федерации является важным механизмом в законодательном процессе, который позволяет главе государства отклонить законопроект, принятый Федеральным Собранием, и отправить его на повторное рассмотрение. Этот институт служит для предотвращения принятия законов, которые могут быть признаны несоответствующими Конституции или неприемлемыми с точки зрения общественного интереса. Однако, несмотря на стратегическое значение права вето для системы сдержек и противовесов, его правовое регулирование в России остается недостаточно ясным и детализированным.

С момента принятия Конституции РФ в 1993 году правовое регулирование института вето претерпело определенные изменения, однако до сих пор не существует четкой нормативной базы, которая бы детализировала процесс его применения. Внесение ясности в этот вопрос является насущной необходимостью для совершенствования российской правовой системы и повышения эффективности законодательного процесса.

Актуальность исследования правового регулирования права вето Президента Российской Федерации обусловлена несколькими факторами. Во-первых, право вето Президента является одним из важнейших инструментов, который обеспечивает систему сдержек и противовесов между различными ветвями власти, укрепляет баланс властных полномочий и защищает Конституцию. В условиях современной политической динамики и растущей нагрузки на законодательную ветвь власти, правовой институт вето приобретает еще большую значимость как способ защиты государственности и стабильности правового порядка.

Во-вторых, несмотря на конституционное закрепление права вето, российское законодательство не предоставляет четких и конкретных критериев для его применения. Отсутствие детализированных норм приводит к правовой неопределенности и увеличивает риск политических манипуляций с использованием этого полномочия.

Право вето Президента РФ закреплено в статье 107 Конституции Российской Федерации, которая дает главе государства право отклонить принятый Федеральным Собранием федеральный закон и направить его на повторное рассмотрение [1]. В российской юридической науке вето понимается как акт, приостанавливающий или отменяющий вступление в силу закона, принятого парламентом. Этот институт направлен на предотвращение принятия законов, которые могут быть признаны неудовлетворительными или неконституционными.

Важно отметить, что Конституция РФ не указывает четко на форму, в которой должно быть выражено вето. В то время как в других правовых системах существуют четкие указания на формы вето, в России правовая неопределенность по данному вопросу сохраняется.

Кроме того, несмотря на попытки законодательного регулирования вето, необходимость принятия специального закона, который бы четко регламентировал порядок использования этого инструмента, продолжает оставаться актуальной. Подобный законопроект уже подвергался обсуждению, но так и не был принят. Речь идет о Проекте Федерального закона № 97067903–2 «О праве «вето» Президента Российской Федерации» [2], который стремился всесторонне регулировать полномочия Президента в отношении отклонения принятых федеральных законов, а также определять роль Федерального Собрания в процессе повторного рассмотрения отклонённых нормативных актов. Согласно этому проекту, вето Президента должно было быть чётко закреплено на законодательном уровне, с уточнением оснований, по которым глава государства может воспользоваться данным правом. Важным элементом становилось установление обязательной письменной формы вето, выраженной в Указе Президента, который должен был содержать не только мотивы отклонения, но и предложения для Федерального Собрания о возможных изменениях в законе, либо рекомендации по его доработке или отклонению. Также в проекте предусматривались чёткие процедуры повторного рассмотрения отклонённых законов в Государственной Думе и Совете Федерации.

Принятие данного законопроекта могло бы значительно повысить прозрачность и предсказуемость в механизме наложения президентского вето, исключить ситуации многократного отклонения одного и того же закона, а также повысить ответственность Президента за свои решения в этой сфере. Законопроект предусматривал возможность для Государственной Думы учитывать предложения и аргументы при повторном рассмотрении федеральных законов, а также обращаться в Конституционный суд для разрешения споров по основаниям неконституционности Указа Президента [3].  Однако, несмотря на все потенциальные преимущества, законопроект был снят с рассмотрения по инициативе самого субъекта законодательной инициативы, так и не дойдя до первого чтения. Мотивы такого решения остаются неясными, однако следует отметить, что проект находился на стадии предварительного рассмотрения в течение значительного времени (с 1997 по 2004 годы), что породило множество дискуссий и споров между различными заинтересованными сторонами. Этот закон мог бы устранить правовые пробелы и повысить прозрачность процесса принятия решений в сфере правотворчества.

В 1996 году Конституционный Суд РФ разъяснил, что отклонение закона Президентом должно быть оформлено письменным актом с указанием мотивов отказа в течении четырнадцати дней с момента получения закона [4]. Однако такие разъяснения, несмотря на свою важность, не устраняют все правовые пробелы. В частности, отсутствует четкая регламентация оснований для применения вето, что указывает на необходимость более четкой регламентации процедуры применения данного инструмента.

Важно отметить, что применение Президентом РФ права вето в отношении законов не всегда означает окончательной остановки их принятия. Конституция Российской Федерации предусматривает возможность преодоления вето Президента Федеральным собранием, если законодательный акт будет поддержан конституционным большинством в обеих палатах парламента [1]. Один из наиболее показательных примеров такого преодоления связан с законом «о реституции культурных ценностей», перемещённых в ходе Великой Отечественной войны. Этот случай наглядно демонстрирует сложность взаимодействия между законодательной и исполнительной властью, а также роль Конституционного суда в разрешении конституционных споров.

9 апреля 1996 года в Государственную Думу был внесён законопроект «о реституции культурных ценностей», перемещённых в ходе Великой Отечественной войны на территорию Союза ССР. Данный законопроект был направлен на защиту музейных фондов России от пересмотра прав собственности на объекты культуры. После прохождения всех стадий согласования между Государственной Думой и Советом Федерации законопроект поступил на подпись Президенту РФ, однако был отклонён им 17 марта 1997 года.

Несмотря на президентское вето, Государственная Дума 4 апреля 1997 года преодолела его, проголосовав конституционным большинством — «за» высказались 308 депутатов. После этого законопроект был передан в Совет Федерации, который 14 мая 1997 года также утвердил его конституционным большинством. Согласно статье 107 Конституции РФ, Президент был обязан подписать закон в течение семи дней, однако этого не произошло. Президент сослался на нарушения процедуры голосования в обеих палатах Федерального собрания и отказался подписывать закон, вернув его в Государственную Думу без рассмотрения.

Для разрешения возникшего спора Государственная Дума и Совет Федерации обратились в Конституционный суд РФ. В своём постановлении от 6 апреля 1998 года Конституционный суд обязал Президента РФ подписать и обнародовать закон, подчеркнув, что для оценки его конституционности Президент мог обратиться в тот же суд, но не имел права уклоняться от исполнения своей обязанности.

15 апреля 1998 года закон был подписан Президентом РФ и официально опубликован. Этот пример демонстрирует значимость процедурного контроля и роли Конституционного суда в обеспечении верховенства права в условиях конфликта между различными ветвями власти.

Для более глубокого понимания российского института вето полезно рассмотреть международную практику. В Конституциях большинства зарубежных стран закреплено право президента или главы государства отклонять законопроекты, принятые парламентами. Однако в различных странах это право реализуется по-разному.

В США Конституция (ст. I, разд. 7) детально прописывает процедуру вето. Оно имеет несколько форм, отличных от российской практики. Помимо обычного вето, там существуют так называемые «выборочное вето» и «карманное вето». Выборочное вето позволяет президенту отклонять не весь закон, а лишь его отдельные положения. Карманное вето позволяет президенту не подписывать закон в течение десяти дней, если Конгресс не находится в сессии, что эффективно блокирует закон без официального отклонения. Это дает президенту большую гибкость в принятии решений.

В России, как и в США, конституция не ограничивает мотивы отклонения законов, что создает риски политического злоупотребления. Например, в 1990-х годах 40% вето Президента Бориса Ельцина были связаны с несогласием с содержанием законов, тогда как к 1999 г. 49% отклонений объяснялись нарушениями законодательной техники [5].

Во Франции право вето Президента ограничено и осуществляется через процедуру возвращения законопроекта в парламент для повторного рассмотрения. При этом президент имеет право отклонить закон, но в случае повторного принятия им парламентом в том же виде он обязан подписать его. Такая система требует более строгого соблюдения парламентского баланса

В Сербии право вето президента и механизмы его преодоления детально регулируются Конституцией и Регламентом парламента. Эти нормы направлены на баланс между исполнительной и законодательной ветвями власти, а также на обеспечение прозрачности процесса.

Согласно ст. 113 Конституции Сербии, президент обязан вернуть закон в Народную скупщину (парламент) с письменным обоснованием возражений в случае отказа его подписать. Это требование выполняет две ключевые функции. Во-первых – правовую. Президент должен указать конкретные основания отклонения закона, такие как противоречие Конституции, нарушение законодательной процедуры или несоблюдение международных обязательств. Во-вторых – политическую. Письменная мотивировка делает действия президента публичными, что способствует общественному контролю и снижает риски злоупотреблений. Срок для возврата закона не закреплён в Конституции, но на практике он составляет 7 дней с момента получения, что соответствует общим стандартам парламентских процедур [6]. Если парламент поддерживает первоначальную редакцию закона, он может преодолеть вето большинством голосов от общего числа депутатов (126 из 250). После этого президент обязан подписать закон в течение 48 часов. Если парламент принимает изменённый вариант, он проходит стандартную процедуру повторного голосования и направляется президенту для промульгации.

Право вето Президента РФ, выступая ключевым элементом системы сдержек и противовесов, сохраняет свою актуальность как инструмент защиты конституционного порядка. Однако его действенность ограничивается нормативной неоднозначностью: отсутствие законодательно закрепленных оснований, процедур и форм применения создает риски правовой нестабильности и злоупотреблений.

Преодоление этих пробелов требует системного подхода. Целесообразно принять специальный закон, регламентирующий условия и пределы использования вето, обязательную письменную мотивировку отклонения законов, а также механизмы взаимодействия Президента с Федеральным Собранием при повторном рассмотрении актов. Подобная реформа, опираясь на лучшие зарубежные практики, усилит прозрачность законодательного процесса, минимизирует политическую субъективность и укрепит баланс властей.

Таким образом, системная регламентация института президентского вето позволит минимизировать правовые коллизии, оптимизировать взаимодействие ветвей власти и обеспечить устойчивое развитие законодательного процесса в парадигме конституционализма.

Список используемой литературы:

1. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020) [Электронный ресурс] // URL: http://www.pravo.gov.ru (дата обращения: 10.01.2025).

2. Проект Федерального закона № 97067903–2 «О праве вето» Президента Российской Федерации» (ред., внесенная в ГД ФС РФ, текст по состоянию на 07.10.1997) [Электронный ресурс] // URL: http://www.consultant.ru (дата обращения: 12.01.2025).

3.  Пояснительная записка «К проекту Федерального закона «О праве вето Президента РФ». [Электронный ресурс] // URL: https://www.consultant.ru (дата обращения: 14.01.2025).

4. Постановление Конституционного суда РФ от 22.04.1996 № 10-П «По делу о толковании отдельных положений статьи 107 Конституции Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 1996. № 18. Ст. 2253.

5. Ширяев Ю.Е. Вето Президента России в федеральном законодательном процессе // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. — 2006. — №2. — С. 52-60.

6. Половченко К.А. К вопросу об особенностях внутренней структуры парламента республики Сербия // Социально-политические науки. — 2018. — №3. — С. 96-101.

7. Борисова И. В. К вопросу о сущности права вето президента // Научный альманах. — 2019. № 5–1 (55). — С. 148–150.